Вполне закономерно, что из всех предвыборных предложений Владимира Путина наибольший энтузиазм сетевой общественности вызвала идея о списке из 100 книг, по которому следует изучать русский культурный канон. Предвыборные обещания забудутся, а вот списочек, может, и останется – и уж, по крайней мере, можно развлечь себя, выписывая столбиком самые любимые книги.
Автор этих строк не разделяет мнения, что национальная принадлежность сводится к культурной идентичности, что если прочитать и заучить всего Пушкина, то можно автоматически стать русским. Но верно обратное – без культурной подготовки, культурного развития личности ее национальная идентичность будет слабой, примитивной, обостряющейся исключительно в ситуации межнационального конфликта. Такая «необразованная» идентичность не может стать основой для творчества и творческого развития. Как следствие, мы живем, напичканные цитатами из Кафки, Толкиена, Буковски (ну или Джейн Остин, Саган и Мураками), а из отечественных авторов у нас в основном «сатирики» – Ильф и Петров да Довлатов, а из классики в голову лезет разве что Салтыков-Щедрин с его воспаленной ненавистью к исторической России. Такой нищебродский набор гарантирует и полуобразованному и образованному человеку, что он будет принимать нищету и убожество своего культурного багажа за нищету и убожество русской культуры, а это, в свою очередь, будет подталкивать его к тому, чтобы еще больше черпать только на Западе или Востоке и становиться еще большим, не знающим ничего своего нищебродом.
Читать далее >>
В прозвище Леонардо Пизанского, гениального математика Средневековья, часто норовят удвоить первую букву “б” и написать его "Фиббоначчи". Избежать подобной ошибки поможет знание того, что Фибоначчи - это на самом деле отчество и изначально писалось раздельно: filius Bonacci, т.е. сын Боначчи. Есть и другая версия его происхождения, но и в ней первое "Фи" означает "сын". Да и сейчас сын по-итальянски будет figlio (фильо).
Канцелярский магазин, покупатель спрашивает продавца: 
